Русские народные сказки в иллюстрациях И. Билибина. ВАСИЛИСА ПРЕКРАСНАЯ


В некотором царстве жил-был купец. Двенадцать лет жил он в супружестве и прижил только одну дочь, Василису Прекрасную. Когда мать скончалась, девочке было восемь лет. Умирая, купчиха призвала к себе дочку, вынула из-под одеяла куклу, отдала ей и сказала: «Слушай, Василисушка! Помни и исполни последние мои слова. Я умираю и вместе с родительским благословением оставляю тебе вот эту куклу; береги ее всегда при себе и никому не показывай; а когда приключится тебе какое горе, дай ей поесть и спроси у нее совета. Покушает она и скажет тебе, чем помочь несчастью». Затем мать поцеловала дочку и померла.

После смерти жены купец потужил, как следовало, а потом стал думать, как бы опять жениться. Он был человек хороший; за невестами дело не стало, но больше всех по нраву пришлась ему одна вдовушка. Она была уже в летах, имела своих двух дочерей, почти однолеток Василисе, – стало быть, и хозяйка и мать опытная. Купец женился на вдовушке, но обманулся и не нашел в ней доброй матери для своей Василисы. Василиса была первая на все село красавица; мачеха и сестры завидовали ее красоте, мучили ее всевозможными работами, чтоб она от трудов похудела, а от ветру и солнца почернела; совсем житья не было!

Василиса все переносила безропотно и с каждым днем все хорошела и полнела, а между тем мачеха с дочками своими худела и дурнела от злости, несмотря на то, что они всегда сидели сложа руки, как барыни. Как же это так делалось? Василисе помогала ее куколка. Без этого где бы девочке сладить со всею работою! Зато Василиса сама, бывало, не съест, а уж куколке оставит самый лакомый кусочек, и вечером, как все улягутся, она запрется в чуланчике, где жила, и потчевает ее, приговаривая: «На’, куколка, покушай, моего горя послушай! Живу я в доме у батюшки, не вижу себе никакой радости; злая мачеха гонит меня с белого света. Научи ты меня, как мне быть и жить и что делать?» Куколка покушает, да потом и дает ей советы и утешает в горе, а наутро всякую работу справляет за Василису; та только отдыхает в холодочке да рвет цветочки, а у нее уж и гряды выполоты, и капуста полита, и вода наношена, и печь вытоплена. Куколка еще укажет Василисе и травку от загару. Хорошо было жить ей с куколкой.

Прошло несколько лет; Василиса выросла и стала невестой. Все женихи в городе присватываются к Василисе; на мачехиных дочерей никто и не посмотрит. Мачеха злится пуще прежнего и всем женихам отвечает: «Не выдам меньшой прежде старших!», а проводя женихов, побоями вымещает зло на Василисе.

Вот однажды купцу понадобилось уехать из дому на долгое время по торговым делам. Мачеха и перешла на житье в другой дом, а возле этого дома был дремучий лес, а в лесу на поляне стояла избушка, а в избушке жила баба-яга: никого она к себе не подпускала и ела людей, как цыплят. Перебравшись на новоселье, купчиха то и дело посылала за чем-нибудь в лес ненавистную ей Василису, но эта завсегда возвращалась домой благополучно: куколка указывала ей дорогу и не подпускала к избушке бабы-яги.

Пришла осень. Мачеха раздала всем трем девушкам вечерние работы: одну заставила кружева плести, другую чулки вязать, а Василису прясть, и всем по урокам. Погасила огонь во всем доме, оставила одну свечку там, где работали девушки, и сама легла спать. Девушки работали. Вот нагорело на свечке, одна из мачехиных дочерей взяла щипцы, чтоб поправить светильню, да вместо того, по приказу матери, как будто нечаянно и потушила свечку. «Что теперь нам делать? – говорили девушки. – Огня нет в целом доме, а уроки наши не кончены. Надо сбегать за огнем к бабе-яге!» – «Мне от булавок светло! – сказала та, что плела кружево. – Я не пойду». – «И я не пойду, – сказала та, что вязала чулок. – Мне от спиц светло!» – «Тебе за огнем идти, – закричали обе. – Ступай к бабе-яге!» – и вытолкали Василису из горницы.

Василиса пошла в свой чуланчик, поставила перед куклою приготовленный ужин и сказала: «На’, куколка, покушай да моего горя послушай: меня посылают за огнем к бабе-яге; баба-яга съест меня!» Куколка поела, и глаза ее заблестели, как две свечки. «Не бойся, Василисушка! – сказала она. – Ступай, куда посылают, только меня держи всегда при себе. При мне ничего не станется с тобой у бабы-яги». Василиса собралась, положила куколку свою в карман и, перекрестившись, пошла в дремучий лес.


Идет она и дрожит. Вдруг скачет мимо ее всадник: сам белый, одет в белом, конь под ним белый, и сбруя на коне белая, – на дворе стало рассветать.

Идет она дальше, как скачет другой всадник: сам красный, одет в красном и на красном коне, – стало всходить солнце. Василиса прошла всю ночь и весь день, только к следующему вечеру вышла на полянку, где стояла избушка яги-бабы; забор вокруг избы из человечьих костей, на заборе торчат черепа людские, с глазами; вместо верей у ворот – ноги человечьи, вместо запоров – руки, вместо замка’ – рот с острыми зубами. Василиса обомлела от ужаса и стала как вкопанная. Вдруг едет опять всадник: сам черный, одет во всем черном и на черном коне; подскакал к воротам бабы-яги и исчез, как сквозь землю провалился, – настала ночь. Но темнота продолжалась недолго: у всех черепов на заборе засветились глаза, и на всей поляне стало светло, как середи дня. Василиса дрожала со страху, но, не зная куда бежать, оставалась на месте.

Скоро послышался в лесу страшный шум: деревья трещали, сухие листья хрустели; выехала из лесу баба-яга – в ступе едет, пестом погоняет, помелом след заметает.


Подъехала к воротам, остановилась и, обнюхав вокруг себя, закричала: «Фу-фу! Русским духом пахнет! Кто здесь?» Василиса подошла к старухе со страхом и, низко поклонясь, сказала: «Это я, бабушка! Мачехины дочери прислали меня за огнем к тебе». – «Хорошо, – сказала яга-баба, – знаю я их, поживи ты наперед да поработай у меня, тогда и дам тебе огня; а коли нет, так я тебя съем!» Потом обратилась к воротам и вскрикнула: «Эй, запоры мои крепкие, отомкнитесь; ворота мои широкие, отворитесь!» Ворота отворились, и баба-яга въехала, посвистывая, за нею вошла Василиса, а потом опять все заперлось. Войдя в горницу, баба-яга растянулась и говорит Василисе: «Подавай-ка сюда, что там есть в печи: я есть хочу».

Василиса зажгла лучину от тех черепов, что на заборе, и начала таскать из печки да подавать яге кушанье, а кушанья настряпано было человек на десять; из погреба принесла она квасу, меду, пива и вина. Все съела, все выпила старуха; Василисе оставила только щец немножко, краюшку хлеба да кусочек поросятины. Стала яга-баба спать ложиться и говорит: «Когда завтра я уеду, ты смотри – двор вычисти, избу вымети, обед состряпай, белье приготовь, да пойди в закром, возьми четверть пшеницы и очисть ее от чернушки. Да чтоб все было сделано, а не то – съем тебя!» После такого наказу баба-яга захрапела; а Василиса поставила старухины объедки перед куклою, залилась слезами и говорила: «На, куколка, покушай, моего горя послушай! Тяжелую дала мне яга-баба работу и грозится съесть меня, коли всего не исполню; помоги мне!» Кукла ответила: «Не бойся, Василиса Прекрасная! Поужинай, помолися да спать ложися; утро мудреней вечера!»

Ранешенько проснулась Василиса, а баба-яга уже встала, выглянула в окно: у черепов глаза потухают; вот мелькнул белый всадник – и совсем рассвело. Баба-яга вышла на двор, свистнула – перед ней явилась ступа с пестом и помелом. Промелькнул красный всадник – взошло солнце.


Баба-яга села в ступу и выехала со двора, пестом погоняет, помелом след заметает. Осталась Василиса одна, осмотрела дом бабы-яги, подивилась изобилью во всем и остановилась в раздумье: за какую работу ей прежде всего приняться. Глядит, а вся работа уже сделана; куколка выбирала из пшеницы последние зерна чернушки. «Ах, ты, избавительница моя! – сказала Василиса куколке. – Ты от беды меня спасла». – «Тебе осталось только обед состряпать, – отвечала куколка, влезая в карман Василисы. – Состряпай с богом, да и отдыхай на здоровье!»

К вечеру Василиса собрала на стол и ждет бабу-ягу. Начало смеркаться, мелькнул за воротами черный всадник – и совсем стемнело; только светились глаза у черепов. Затрещали деревья, захрустели листья – едет баба-яга. Василиса встретила ее. «Все ли сделано?» – спрашивает яга. «Изволь посмотреть сама, бабушка!» – молвила Василиса. Баба-яга все осмотрела, подосадовала, что не за что рассердиться, и сказала: «Ну, хорошо!» Потом крикнула: «Верные мои слуги, сердечные други, смелите мою пшеницу!»Явились три пары рук, схватили пшеницу и унесли вон из глаз. Баба-яга наелась, стала ложиться спать и опять дала приказ Василисе: «Завтра сделай ты то же, что и нынче, да сверх того возьми из закрома мак да очисти его от земли по зернышку, вишь, кто-то по злобе земли в него намешал!» Сказала старуха, повернулась к стене и захрапела, а Василиса принялась кормить свою куколку. Куколка поела и сказала ей по-вчерашнему: «Молись богу да ложись спать; утро вечера мудренее, все будет сделано, Василисушка!»

Наутро баба-яга опять уехала в ступе со двора, а Василиса с куколкой всю работу тотчас исправили. Старуха воротилась, оглядела все и крикнула: «Верные мои слуги, сердечные други, выжмите из маку масло!» Явились три пары рук, схватили мак и унесли из глаз. Баба-яга села обедать; она ест, а Василиса стоит молча. «Что ж ты ничего не говоришь со мною? – сказала баба-яга. – Стоишь как немая!»«Не смела, – отвечала Василиса, – а если позволишь, то мне хотелось бы спросить тебя кой о чем». «Спрашивай; только не всякий вопрос к добру ведет: много будешь знать, скоро состареешься!» – «Я хочу спросить тебя, бабушка, только о том, что видела: когда я шла к тебе, меня обогнал всадник на белом коне, сам белый и в белой одежде: кто он такой?» – «Это день мой ясный», – отвечала баба-яга. «Потом обогнал меня другой всадник на красном коне, сам красный и весь в красном одет; это кто такой?» – «Это мое солнышко красное!» – отвечала баба-яга. «А что значит черный всадник, который обогнал меня у самых твоих ворот, бабушка?» – «Это ночь моя темная – всё мои слуги верные!»


Василиса вспомнила о трех парах рук и молчала. «Что ж ты еще не спрашиваешь?» – молвила баба-яга. «Будет с меня и этого; сама ж ты, бабушка, сказала, что много узнаешь – состареешься». – «Хорошо, – сказала баба-яга, – что ты спрашиваешь только о том, что видала за двором, а не во дворе! Я не люблю, чтоб у меня сор из избы выносили, и слишком любопытных ем! Теперь я тебя спрошу: как успеваешь ты исполнять работу, которую я задаю тебе?» – «Мне помогает благословение моей матери», – отвечала Василиса. «Так вот что! Убирайся же ты от меня, благословенная дочка! Не нужно мне благословенных». Вытащила она Василису из горницы и вытолкала за ворота, сняла с забора один череп с горящими глазами и, наткнув на палку, отдала ей и сказала: «Вот тебе огонь для мачехиных дочек, возьми его; они ведь за этим тебя сюда и прислали».
Бегом пустилась домой Василиса при свете черепа, который погас только с наступлением утра, и, наконец, к вечеру другого дня добралась до своего дома. Подходя к воротам, она хотела было бросить череп. «Верно, дома, – думает себе, – уж больше в огне не нуждаются». Но вдруг послышался глухой голос из черепа: «Не бросай меня, неси к мачехе!»

Она взглянула на дом мачехи и, не видя ни в одном окне огонька, решилась идти туда с черепом. Впервые встретили ее ласково и рассказали, что с той поры, как она ушла, у них не было в доме огня: сами высечь никак не могли, а который огонь приносили от соседей – тот погасал, как только входили с ним в горницу. «Авось твой огонь будет держаться!» – сказала мачеха. Внесли череп в горницу; а глаза из черепа так и глядят на мачеху и ее дочерей, так и жгут! Те было прятаться, но куда ни бросятся – глаза всюду за ними так и следят; к утру совсем сожгло их в уголь; одной Василисы не тронуло.

Поутру Василиса зарыла череп в землю, заперла дом на замок, пошла в город и попросилась на житье к одной безродной старушке; живет себе и поджидает отца. Вот как-то говорит она старушке: «Скучно мне сидеть без дела, бабушка! Сходи, купи мне льну самого лучшего; я хоть прясть буду». Старушка купила льну хорошего; Василиса села за дело, работа так и горит у нее, и пряжа выходит ровная да тонкая, как волосок. Набралось пряжи много; пора бы и за тканье приниматься, да таких берд не найдут, чтобы годились на Василисину пряжу; никто не берется и сделать-то. Василиса стала просить свою куколку, та и говорит: «Принеси-ка мне какое-нибудь старое бердо, да старый челнок, да лошадиной гривы; я все тебе смастерю».

Василиса добыла все, что надо, и легла спать, а кукла за ночь приготовила славный стан. К концу зимы и полотно выткано, да такое тонкое, что сквозь иглу вместо нитки продеть можно. Весною полотно выбелили, и Василиса говорит старухе: «Продай, бабушка, это полотно, а деньги возьми себе». Старуха взглянула на товар и ахнула: «Нет, дитятко! Такого полотна, кроме царя, носить некому; понесу во дворец».

Пошла старуха к царским палатам да все мимо окон похаживает. Царь увидал и спросил: «Что тебе, старушка, надобно?» – «Ваше царское величество, – отвечает старуха, – я принесла диковинный товар; никому, окроме тебя, показать не хочу». Царь приказал впустить к себе старуху и как увидел полотно – вздивовался. «Что хочешь за него?» – спросил царь. «Ему цены нет, царь-батюшка! Я тебе в дар его принесла». Поблагодарил царь и отпустил старуху с подарками.

Стали царю из того полотна сорочки шить; вскроили, да нигде не могли найти швеи, которая взялась бы их работать. Долго искали; наконец царь позвал старуху и сказал: «Умела ты напрясть и соткать такое полотно, умей из него и сорочки сшить». – «Не я, государь, пряла и соткала полотно, – сказала старуха, – это работа приемыша моего – девушки». – «Ну так пусть и сошьет она!» Воротилась старушка домой и рассказала обо всем Василисе. «Я знала, – говорит ей Василиса, – что эта работа моих рук не минует». Заперлась в свою горницу, принялась за работу; шила она не покладываючи рук, и скоро дюжина сорочек была готова.

Старуха понесла к царю сорочки, а Василиса умылась, причесалась, оделась и села под окном. Сидит себе и ждет, что будет. Видит: на двор к старухе идет царский слуга; вошел в горницу и говорит: «Царь-государь хочет видеть искусницу, что работала ему сорочки, и наградить ее из своих царских рук».


Пошла Василиса и явилась пред очи царские. Как увидел царь Василису Прекрасную, так и влюбился в нее без памяти. «Нет, – говорит он, – красавица моя! Не расстанусь я с тобою; ты будешь моей женою». Тут взял царь Василису за белые руки, посадил ее подле себя, а там и свадебку сыграли. Скоро воротился и отец Василисы, порадовался об ее судьбе и остался жить при дочери. Старушку Василиса взяла к себе, а куколку по конец жизни своей всегда носила в кармане.

из сборника А. Н. Афанасьева

www.perunica.ru

16 самых запоминающихся картин Ивана Билибина

Словосочетание «русская сказка» неизбежно рождает в нашей фантазии страшную Бабу-ягу в ступе, Василису Прекрасную с длинной косой, Ивана-царевича у поросшего мхом камня на перепутье. Все эти образы были рождены фантазией Ивана Билибина и врезались в нашу память так сильно именно благодаря его художественному мастерству. До сих пор сложно представить себе более подходящие иллюстрации для русских сказок — от народных вроде «Царевны-лягушки» до пушкинских «Руслана и Людмилы» и «Сказки о царе Салтане». «Мел» вспомнил самые известные работы Билибина, 140 лет со дня рождения которого исполнилось 16 августа.

Всё про ЕГЭ. Рассылка

Для тех, кто готовится к главному школьному экзамену

Стиль Билибина узнаваем безошибочно: каждый образ предельно выразителен, каждая деталь — документально точное воспроизведение реального покроя одежды или наличника. При этом самый известный оформитель русских сказок мог и не стать художником.

Билибин окончил юридический факультет Петербургского университета, но любовь к живописи быстро взяла верх. Рисованию Билибин учился в школе Общества поощрения художеств, потом — в мастерской Ильи Репина, народное и декоративное искусство изучал в поездках по России, особенно по её Северу.

Всю взрослую жизнь Иван Билибин иллюстрировал русские сказки и былины, а также оформлял театральные постановки. Среди его работ: народные «Царевна-лягушка», «Василиса Прекрасная», «Марья Моревна», «Сказка о царе Салтане» и «Сказке о рыбаке и рыбке» Пушкина, оперные спектакли «Золотой петушок» и «Садко» Римского-Корсакова, «Руслан и Людмила» Глинки.

Иван Билибин преподавал во Всероссийской академии художеств, вместе с другими художниками создал Общество возрождения художественной Руси. Исследовал народное искусство в статьях для журнала «Мир искусства». Двуглавый орёл на монетах Центрального банка России — это тоже изобретение Билибина. Художник нарисовал его после Февральской революции в качестве герба для Временного правительства, а потом авторские права передал фабрике «Гознак». Иван Билибин дожил до блокады Ленинграда и умер в осаждённом городе.

«Иван-царевич и Жар-птица». Иллюстрации к «Сказке об Иване-царевиче, Жар-птице и о Сером волке», 1899«Василиса Прекрасная уходит из дома Бабы-яги», Иллюстрация к сказке «Василиса Прекрасная», 1899«Баба-яга», Иллюстрация к сказке «Василиса Прекрасная», 1900«Василиса Прекрасная и белый всадник», Иллюстрация к сказке «Василиса Прекрасная», 1900«Красный всадник», Иллюстрация к сказке «Василиса Прекрасная», 1900Заставка к сказке «Царевна-лягушка», 1899«Иллюстрация к присказке „Жил-был царь…“ из книги „Царевна-лягушка“», 1900«Добрый молодец, Иван-царевич и три его сестры», Иллюстрация к сказке «Марья Моревна», 1901«Кощей Бессмертный», Иллюстрация к сказке «Марья Моревна», 1901«Сестрица Алёнушка и братец Иванушка», Иллюстрация к сказке «Сестрица Алёнушка и братец Иванушка», 1901«Вольга с дружиной», Иллюстрация к былине «Вольга», 1903«Во все время разговора он стоял позадь забора…», Иллюстрация к «Сказке о царе Салтане» А.С.Пушкина, 1904«Пир», Иллюстрация к «Сказке о царе Салтане» А.С.Пушкина, 1905«Звездочёт перед Дадоном», Иллюстрация к «Сказке о золотом петушке» А.С. Пушкина, 1906«Царь Дадон перед Шамаханской царицей», Иллюстрация к «Сказке о золотом петушке» А.С.Пушкина, 1906«Стрельчиха перед царем и свитой», Иллюстрация к сказке «Поди туда − не знаю куда», 1919

В материале использованы фотографии с сайта artsait.ru.


ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Как должны выглядеть иллюстрации в детских книжках

100 лучших новых книг для детей и подростков

Почему лучше читать книги на бумаге

mel.fm

Иллюстрации Ивана Билибина к сказкам: волшебный мир в русской живописи

Билибин Иван Яковлевич – русский живописец, автор многих картин, графических рисунков и ярких иллюстраций к русским народным сказкам, легендам и былинам. Кроме этого, он занимался оформлением театральных постановок. Иллюстрации Ивана Билибина к сказкам особенно уникальны и красочны, так как созданы в неповторимой манере.

Путь к творчеству

Родился известный автор сказочных картин 16 августа 1876 года под Санкт-Петербургом, в обычной семье врачей. Первые свои знания в искусстве получил при обучении в художественной школе.

Затем отправился в Мюнхен, где учился в мастерской популярного на то время художника Антона Ашбе. По ее окончании вернулся на Родину, в любимый Санкт-Петербург, где продолжил обучение мастерству живописи у самого Ильи Ефимовича Репина.

Наиболее известные иллюстрации Ивана Билибина к сказкам

Выражение «русская народная сказка» – вне всякого сомнения – рождает в фантазиях и понимании человека страшную и ужасную Бабу-ягу в ступе, прекрасную Василису и Ивана-царевича.

Да это, безусловно, так, ведь рождены они были и врезались в память многих поколений, благодаря фантазии, трудам и художественному мастерству русского живописца – Ивана Яковлевича Билибина. Все без исключения его картины проникнуты духом модернизма и любовью к своей земле, ее культуре, обрядам и сказаниям.

За свою недолгую жизнь Иван Билибин создал много картин, но есть среди них, конечно же, наиболее известные работы, которые по достоинству оцененные во всем мире. Ниже представлены самые известные картины-иллюстрации Билибина к сказкам и былинам.

«Иван-царевич и Жар-птица» (1899), к сказке «Иван-царевич и серый волк»

Истинное волшебство эта Жар-птица, не похожая на других. Именно эту птицу удается подкараулить и схватить за хвост (как удачу) Ивану-царевичу. Но поймать ее все-таки не удается, в руке остается лишь перо дивного птаха. Это полотно объединяет осязаемые образы и важные идеи, благодаря чему картина наполнена огромным смыслом.

«Василиса Прекрасная уходит из дома Бабы-яги» (1899), к сказке «Василиса Прекрасная»

Картина отображает совершенно иную сторону злой Бабы-Яги, которая, несмотря на свой нрав, все же помогает прекрасной Василисе в ее ежедневных трудах и проблемах. На картине большое количество ярких цветов, кроме этого пропорционально представлено единение человека с матушкой-природой.

Иллюстрации Ивана Билибина к сказке «Василиса Прекрасная»

«Баба-яга» (1900), к сказке «Василиса Прекрасная»

На этой картине образ злой Бабы-яги отображен в ступе, которая летит над самой землей. Такой образ свидетельствует о приземленных верованиях людей того времени. Кроме этого, образ старой Яги символический, ведь в ее руке метла, с которой в то время было связано много поверий русского народа.

«Жил-был царь» (1900), к сказке «Царевна-лягушка»

Русский царь – это русская душа. Вся сцена наполнена блестящим цветом и украшена многочисленными оттенками, в результате чего создается приятная внутренняя гармония.

«Иван-царевич добрый молодец и три его сестры» (1901), к сказке «Марья Моревна»

Невооруженным глазом видно, что художник создавал это полотно, опираясь на старорусские рукописи. В результате получилась прекрасная картина, которая продолжает радовать своей красотой наших современников.

«Сестрица Аленушка и братец Иванушка» (1901), к одноименной сказке

Здесь все начинается с красоты русской земли. Пейзаж, природа, флора и фауна – целый ансамбль изображен на этом холсте, на фоне которого брат и сестра, главные герой сюжета сказки. Таким образом мастер выражает свою любовь к родной стране, ее природе, истории и культуре.

«Вольга с дружиной» (1903), к былине «Вольга»

Центральным сюжетом этого полотна стала русская жизнь в древние времена и борьба русского народа за право быть свободными. Орнаментальное богатство поражает и остается актуальным даже в наши дни.

«Во все время разговора он стоял позадь забора» (1904), к «Сказке о царе Салтане»

Эта иллюстрация к сказке показывает индивидуальность и непохожесть стиля Билибина на работы других авторов. Царь Салтан наделен индивидуальными качествами, покладистым нравом и особенной душой. Картина впечатляет обилием орнаментов и древнерусских узоров, которые украшают даже самые мелкие части полотна.

«Звездочёт перед Дадоном» (1906), к «Сказке о золотом петушке»

Непростая сюжетная композиция, обладающая своим характером и особым окрасом иллюстраций. Заметно, что каждая деталь проработана художником, поэтому неповторима и уникальна. Все герои картины ярко выражены, отчего полотно становится намного естественнее.

«Стрельчиха перед царем и свитой» (1919), к сказке «Поди туда – не знаю куда»

Настоящий русский сюжет, ярко отображающий всю глубину русской души, культуру народа российского, его традиции и устои того времени. Это полотно наполнено огромным количеством красок, благодаря чему выглядит единым целым.

Все без исключения иллюстрации Ивана Билибина наполнены смыслом и уникальной графикой, имеют свою структуру и особенное настроение. Из настоящих и реальных орнаментов, а также детальных мелочей художник создавал наполовину реальный, наполовину вымышленный мир. Кроме выше перечисленных иллюстраций, замечательным русским художником Билибиным Иваном Яковлевичем еще было создано огромное количество различных иллюстраций к сказкам Великой Руси и ее былинам.

wings-of-inspiration.ru

сказочные персонажи на полотнах художников Васнецова и Билибина – Ярмарка Мастеров

Вспоминая свое детство, проходившее без компьютеров, не могу не вспомнить старые добрые сказки. Мы любили смотреть мультфильмы и фильмы-сказки по телевизору. Была такая передача «В гостях у сказки», показ которой многие детки ждали с нетерпением.

Огромно было воспитательное значение сказок. Ведь в мире сказок жив особенный, необыкновенный мир, дышащий мечтами и фантазиями. Что такое сказка? Не обычная ли реальность была основой создания сказки? Корнями сказка уходит в историю жизни нашего народа.

Одним из средств проявления художественной формы литературного произведения являются иллюстрации. Наиболее яркие представители этого жанра — художники-сказочники Виктор Михайлович Васнецов и Иван Яковлевич Билибин. Полотна этих художников помогают передать внутренний мир героев сказок, погружают в то время и атмосферу, в которой жили сказочные персонажи. Благодаря творчеству этих художников мы можем не только читать сказку, но и видеть ее.

Виктор Васнецов, Ковер-самолет, 1880

Виктор Васнецов, Алёнушка, 1881

Виктор Васнецов, Витязь на распутье, 1882

Виктор Васнецов, Три царицы подземного царства, 1884

Виктор Васнецов, Иван Царевич на Сером Волке, 1889

Виктор Васнецов, Богатыри, 1881-1898

Васнецов, Снегурочка, 1899

Васнецов, Царевна Несмеяна, 1916-1926

Виктор Васнецов, Кащей Бессмертный, 1917-1926

Виктор Васнецов, Царевна-лягушка, 1918

Виктор Васнецов, Спящая царевна, 1900-1926

Иван Билибин, Иван-царевич и Жар-птица, 1899

Иван Билибин, Иван-царевич, 1899

Иван Билибин, Василиса Прекрасная покидает избу Бабы Яги, 1900 год

Иван Билибин, Баба Яга, 1900 год

Иван Билибин, Василиса Прекрасная и белый всадник, 1900 год

Иван Билибин, Сестрица Алёнушка и братец Иванушка

Иван Билибин, Сказка о золотом петушке

Иван Билибин, Княгина на теремной башне, 1902

Иван Билибин, Вольга с дружиной, 1902

Иван Билибин, Сказка о царе Салтане, 1905

Иван Билибин, Бояре

Иван Билибин, Иллюстрация к сказке Василиса прекрасная, 1900

www.livemaster.ru

“Василиса Прекрасная” (худ. А.Кошкин): shaltay0boltay

Как обещала anele_mary, выкладываю “Василису Прекрасную” от издательства “Серафим и София”

Матовая “меловка”, крупный шрифт, “сочные” рисунки!

OZON.ru – Василиса Прекрасная

“ВАСИЛИСА ПРЕКРАСНАЯ” Русская народная сказка.
(“Серафим и София”, 2011 год, художник А.Кошкин, обработка А.Афанасьева)

shaltay0boltay.livejournal.com

Герои русских былин и сказок в фэнтезийных рисунках Романа Папсуева

Талантливый художник Роман Папсуев, снова решил порадовать армию поклонников своим творчеством, но на этот раз, увы, не очередными иллюстрациями, придуманными для игры «Эволюция», а карандашными рисунками, на которых оживают герои русских сказок. Вот только все эти персонажи далеко не такие, какими мы привыкли их видеть, ведь автор приложил не только свой талант, но и безудержную фантазию, благодаря которой родились фэнтезийные образы Ильи Муромца, Кощея Бессмертного, Василисы Премудрой и др.


Водяной на соме. Русские сказки на новый лад.


Василиса Прекрасная.


Кощей Бессмертный.


Баба Яга.


Илья Муромец.

Добрыня Никитич.

Алёша Попович.


Соловей Разбойник.


Василиса Премудрая.


Леший.


Сестрица Алёнушка и Братец Иванушка.


Водяной и Водяница.


Домовой Вихорко.


Марья Моревна.


Варвара – Краса.


Тугарин Змей.


Елена Кощеевна Премудрая.


Ряба и Мышь.


Русалки и Мавки-навки.


Берегиня.


Лихо Одноглазое.

Сказки – сказками, да в них намёк на нашу жизнь. Убедиться в этом помогут работы отчаянной Юлдуз Бахтиозины, которая так же представила на всеобщее обозрение и обсуждение фотосерию специфических «Сказок на новый лад». И совсем неудивительно, что в творчестве креативного автора Сестрица Алёнушка, не долго думая, таки съела Братца Иванушку, а Иван Царевич и вовсе закутавшись в ковёр, впал в отчаяние от безысходности…

По материалам: kulturologia.

Facebook

Вконтакте

Twitter

Pinterest

Одноклассники

cameralabs.org

Василиса Прекрасная. Рисунки И.Я. Билибина.

СПб.: Экспедиция заготовления государственных бумаг, 1902. 12 с. с ил. Обложка и иллюстрации выполнены в технике хромолитографии. В цветной иллюстрированной издательской обложке. 32,5х25,5 см. Серия «Сказки». Суперклассика!

 

 

 

 

Конечно, у Билибина были предшественники и прежде всего Елена Дмитриевна Поленова (1850—1898). Но Иван Яковлевич все же пошел по собственному пути. Иллюстрации он на первых порах делал не по заказу, а, можно сказать, для себя. Но получилось так, что ими заинтересовалась Экспедиция заготовления государственных бумаг. Лучшая русская типография, основанная в 1818 году, печатала банкноты, кредитные билеты и прочую официальную продукцию, нуждавшуюся в специальных средствах защиты от подделки. Вопросы себестоимости и экономической целесообразности ее не занимали. Экспедицию щедро финансировало государство, нужды в средствах она не испытывала. Но люди, которые руководили Экспедицией заготовления государственных бумаг, — ее управляющий — князь, но и известный ученый, академик Борис Борисович Голицын (1862—1916), инженер и изобретатель Георгий Николаевич Скамони (1835—1907), устали от однообразия официальной продукции. Билибин делает иллюстрации к «Сказке об Иване-царевиче, Жар-птице и о Сером волке», к «Царевне-лягушке», к «Перышку Финиста Ясна-Сокола», к «Василисе Прекрасной».

Все это были акварели. Но в Экспедиции заготовления государственных бумаг их решили воспроизводить хромолитографией. На дворе стоял ХХ век, и в полиграфии уже утвердилось господство фотомеханических способов репродуцирования, а Экспедиция будто бы возрождала стародавние репродукционные процессы. Свои акварели Билибин показал в 1900 году на второй выставке «Мира искусства». Художник вроде бы пересматривает свои взгляды на сообщество, которое и Илья Ефимович Репин, и выдающийся критик Владимир Васильевич Стасов (1824—1906) трактовали как упадническое, декадентское. Слово «декадентство», происходящее от латинского decadentia, что значит «упадок», прилипло к новому художественному направлению.

Любопытно, что В.В. Стасов в своем критическом разборе выставки «Мира искусства» противопоставил Билибина остальным ее участникам — «декадентам», проведя параллели между этим художником и передвижником Сергеем Васильевичем Малютиным (1859—1937). «Не так давно, в 1898 году, — писал Стасов, — Малютин выставил около десятка иллюстраций к пушкинской сказке “Царь Салтан” и к поэме “Руслан и Людмила”… На нынешней выставке нет никаких иллюстраций г-на Малютина, но зато есть несколько превосходных подобных же иллюстраций г-на Билибина – 10 картинок к сказкам “Царевна-лягушка”, “Перышко Финиста…” и к присказке:

Жил-был царь,

У царя был двор,

На дворе был кол,

На колу мочало,

Не начать ли сказку сначала?

Это все явления очень приятные и замечательные. Народный дух в творчестве новых наших художников еще не погиб! Напротив!». Акварель с царем, ковыряющим в носу, была репродуцирована Экспедицией заготовления государственных бумаг в особой технике — альграфии — плоской печати с алюминиевых пластин. Оттиски приложили к петербургскому журналу «Печатное искусство», пользовавшемуся большим авторитетом среди полиграфистов, но, к сожалению, выходившему недолго. О Билибине заговорили, подчеркивая своеобычие и оригинальность его таланта.

Знакомство с художниками мамонтовского кружка Е. Поленовой и С. Малютиным, с картинами В. Васнецова, помогло Билибину найти свою тему. Он, будучи членом кружка «Мир искусства» становится приверженцем национально-романтического направления. А началось все с выставки московских художников в 1899 году в Петербурге, на которой И. Билибин увидел картину В. Васнецова «Богатыри». Воспитанный в петербургской среде, далекой от увлечений национальным прошлым, художник неожиданно проявил интерес к русской старине, сказке, народному искусству. Летом этого же года Билибин уезжает в деревню Егны Тверской губернии, чтобы самому увидеть дремучие леса, прозрачные речки, деревянные избушки, услышать сказки и песни. В воображении оживают картины с выставки Виктора Васнецова. Художник Иван Билибин начинает иллюстрировать русские народные сказки из сборника Афанасьева. И осенью того же года Экспедиция заготовления государственных бумаг начала выпускать серию сказок с билибинскими рисунками.

В течение 4-х лет Иван Билибин проиллюстрировал семь сказок: «Сестрица Аленушка и братец Иванушка», «Белая уточка», «Царевна-лягушка», «Марья Моревна», «Сказка об Иване-царевиче, Жар-птице и о сером волке», «Перышко Финиста Ясна-Сокола», «Василиса Прекрасная». Издания сказок относятся к типу небольших по объему крупноформатных книжек-тетрадей. С самого начала книги Билибина отличались узорностью рисунка, яркой декоративностью. Художник создавал не отдельные иллюстрации, он стремился к ансамблю: рисовал обложку, иллюстрации, орнаментальные украшения, шрифт – все стилизовал под старинную рукопись. Названия сказок исполнены славянской вязью. Чтобы прочесть, надо вглядеться в затейливый рисунок букв. Как и многие графики, Билибин работал над декоративным шрифтом. Он хорошо знал шрифты разных эпох, особенно древнерусские устав и полуустав. Ко всем шести книгам Билибин рисует одинаковую обложку, на которой располагает русские сказочные персонажи: трех богатырей, птицу Сирин, Жар-птицу, Серого волка, Змея-Горыныча, избушку Бабы-Яги. И все-таки видно, что эта старина стилизована под современность. Все страничные иллюстрации окружены орнаментальными рамками, как деревенские окна резными наличниками. Они не только декоративны, но и имеют содержание, продолжающее основную иллюстрацию.

В сказке «Василиса Прекрасная» иллюстрацию с Красным всадником (солнышко) окружают цветы, а Черного всадника (ночь) – мифические птицы с человеческими головами. Иллюстрацию с избушкой Бабы-Яги окружает рамка с поганками (а что еще может быть рядом с Бабой-Ягой?). Но самым главным для Билибина была атмосфера русской старины, эпоса, сказки. Из подлинных орнаментов, деталей он создавал полуреальный-полуфантастический мир. Орнамент был излюбленным мотивом древнерусских мастеров и главной особенностью тогдашнего искусства. Это вышивки скатертей, полотенец, раскрашенная деревянная и глиняная посуда, дома с резными наличниками и причелинами. В иллюстрациях Билибин использовал зарисовки крестьянских построек, утвари, одежды, выполненные в деревне Егны. Билибин проявил себя художником книги, он не ограничивался выполнением отдельных иллюстраций, а стремился к цельности. Почувствовав специфику книжной графики, он подчеркивает плоскость контурной линией и однотонной акварельной раскраской. Систематические занятия рисунком под руководством Ильи Репина и знакомство с журналом и обществом «Мир искусства» способствовали росту мастерства и общей культуры Билибина. Решающее значение для художника имела экспедиция по Вологодской и Архангельской губерниям по заданию этнографического отдела общества «Мир искусства». Билибин познакомился с народным искусством Севера, увидел воочию старинные церкви, избы, утварь в доме, старинные наряды, вышивки. Соприкосновение с первоисточником художественной национальной культуры заставило художника практически переоценить свои ранние произведения. Отныне он будет предельно точен в изображении архитектуры, костюма, быта. Из поездки по Северу Билибин привез много рисунков, фотографий, коллекцию образцов народного искусства. Документальное обоснование каждой подробности становится неизменным творческим принципом художника. Увлечение Билибина старинным русским искусством получило отражение в иллюстрациях к пушкинским сказкам, которые он создал после поездки по Северу в 1905–1908 гг. Работе над сказками предшествовало создание декораций и костюмов к операм Римского-Корсакова «Сказка о золотом петушке» и «Сказка о царе Салтане» А.С. Пушкина. Особого блеска и выдумки достигает Билибин в своих иллюстрациях к сказкам А.С. Пушкина.

Роскошные царские палаты сплошь покрыты узорами, росписью, украшениями. Здесь орнамент настолько обильно покрывает пол, потолок, стены, одежду царя и бояр, что все превращается в некое зыбкое видение, существующее в особом иллюзорном мире и готовое вот-вот исчезнуть. «Сказка о золотом петушке» наиболее удалась художнику. Билибин объединил сатирическое содержание сказки с русским лубком в единое целое. Прекрасные четыре иллюстрации и разворот полностью рассказывают нам содержание сказки. Вспомним лубок, в котором был целый рассказ в картинке. Огромный успех имели пушкинские сказки. Русский музей Александра III купил иллюстрации к «Сказке о царе Салтане», а весь иллюстрированный цикл «Сказки о золотом петушке» приобрела Третьяковская галерея.

www.raruss.ru